Расследование уголовных дел, связанных с незаконным оборотом наркотических веществ, сопровождается проведением оперативно-розыскных мероприятий. Они позволяют определить цели преступной деятельности и состав участников, такую деятельность осуществляющих. Сотрудники правоохранительных органов проводят серьезную работу в процессе разоблачения подобного рода преступлений, поскольку названные общественно опасные деяния относятся к категории тяжких и особо тяжких преступлений. Наиболее часто встречаются ситуации, когда задерживают лиц, имеющих при себе наркотические вещества, либо изымают такие вещества у их владельцев.
Но чтобы обвинить субъект в намеренном сбыте изъятых наркотических средств, требуются дополнительные доказательства. Таким доказательством может служить изъятие нескольких упакованных свертков либо весов, а равно иных средств, позволяющих реализовывать наркотические вещества. В таких ситуациях сотрудники правоохранительных органов заявляют о том, что они имели оперативную информацию, отражающую суть действий задержанного лица в отношении запрещенных веществ. Но источник оперативной информации правоохранители не раскрывают, ссылаясь на нормативно-правовые акты, имеющие отношение к государственной тайне.
П. 2 ч. 2 ст. 75 Уголовно процессуального Кодекса РФ гласит, что свидетельские показания, не закрепленные указанием на источник осведомленности, не могут считаться допустимыми, равно как и показания, основанные на догадках, слухах, предположениях. К тому же, полученная в ходе оперативно-розыскных действий информация может относиться к доказательной части только тогда, когда она была получена на основании требований уголовно-процессуального законодательства.
Ст. 89 УПК РФ указывает на то, что показания сотрудников правоохранительных органов о полученной ими оперативной информации относительно действий подсудимого, должна подтверждаться иной доказательной базой, которая также формируется в результате следственных действий и соответствует законодательным нормам. В случае отсутствия доказательной базы и не исследования ее в ходе судебного разбирательства, исчезает возможность установления источника информации, который позволил оперативному сотруднику определить предполагаемые обстоятельства дела.
Соответственно, возникают обоснованные сомнения относительно правдивости таких показаний оперативных сотрудников, касающихся имеющейся у них оперативной информации. Принцип справедливого судопроизводства будет соблюден только в том случае, когда будет установлен источник оперативной информации и будет проведена проверка этой информации. Без данного аспекта невозможно справедливое рассмотрение уголовного дела.
Если в ходе судебного рассмотрения дела не будет представлена информация относительно конкретных сведений, полученных в ходе оперативно-розыскной деятельности, то одни лишь показания сотрудников правоохранительных органов об узнанных ими обстоятельствах совершения преступления, не могут рассматриваться в качестве доказательной базы в рассматриваемой части дела. Аналогичные требования распространяются и на рапорты оперативных сотрудников по поводу имеющейся у них информации. Если рапорты не подтверждаются иной документацией, они не могут являться достаточных основанием для определения судебных выводов относительно рассматриваемого дела.
Получить оперативную информацию правоохранители могут не только по поводу наличия умысла на сбыт наркотических средств, но и по поводу совершения преступления группой лиц, а также по поводу способа совершения преступления. Не могут являться доказательствами показания сотрудников правоохранительных органов, если они основаны на предположениях, базирующихся на информации, полученной в ходе оперативно-розыскной деятельности. Верховный суд определили, что подобные показания являются основанными на домыслах.
